"Невыносимые условия". Как живут деревни возле новой полосы Шереметьево

В первые дни после открытия новой, третьей взлетно-посадочной полосы аэропорта Шереметьево, самолеты с нее летали нечасто.

Всего несколько взлетов и посадок в течение дня, но и они сильно мешали местным жителям из деревни Перепечино и Дубровки, крайние дома которых находятся всего в нескольких десятках метров от полосы. Но теперь она заработала в полную силу.

Когда тяжелый "Боинг" садится рядом с домами, это действительно громко. Глиссада - траектория, по которой самолет садится на полосу, - в районе этих домов находится всего в нескольких десятках метров над землей.

"Громко, когда реверс самолет включает при посадке, ну и когда на взлет идет. И когда погода - дождливо и сырость. Он [звук] просто сильнее раздается", - рассказывает житель деревни Перепечино Сергей Миронов.

Гораздо неприятнее, говорит он, служба борьбы с птицами. Раз в несколько минут в районе ВПП звучит громкий выстрел, а в перерывах между полетами слышны звуки хищных птиц, которые транслируют через громкоговорители.

"Вот она - пальба, - на этих словах Сергея Миронова со стороны полосы раздался очередной выстрел. - Они стреляют, чтобы птицы не попали [в летящий самолет]. Вон они палят - ездят по кругу и стреляют. Иногда очень хорошо стреляют, день и ночь. Я понимаю, для безопасности это хорошо, а людям не очень".

Самолеты летают и ночью, мешая людям спать. Староста деревни Дубровки Татьяна Смоленская даже отправилась вместе со своими односельчанами к руководству Шереметьево, чтобы попросить отменить ночные взлеты и посадки с третьей полосы. В руководстве аэропорта их выслушали, но после этого ночные полеты не прекратились.

"Когда они садятся и взлетают, спать невозможно. Понятно, что раз открыли полосу, надо летать, но нам-то надо жить!" - говорит она. Крайние дома Дубровок находятся буквально в паре десятков метров от забора, ограждающего полосу.

Наконец, третья проблема - сильный запах топлива, который остается после взлетевшего самолета на земле. О нем Би-би-си рассказали местные жители, и он хорошо чувствуется, если встать у торца действующей полосы аэропорта.

"Вонь стоит сумасшедшая. Мы же находимся в котловане, мы как в тазу", - рассказывает Татьяна Смоленская.

О том, что деревни необходимо расселить до окончания строительства, было известно еще семь лет назад. В сентябре 2012 года глава Роспотребнадзора Геннадий Онищенко обратился с письмом к руководителю Росавиации Александру Нерадько, министру транспорта Максиму Соколову и губернатору Московской области Сергею Шойгу.

Подобные проекты необходимо было согласовывать с Роспотребнадзором, однако с июля 2011 года его лишили этих полномочий, писала газета "Ведомости", у которой оказалась копия письма.

Онищенко рассказал Би-би-си, что с юридической точки зрения населенные пункты в санитарно-защитной зоне не могут находиться.

"Установление санитарно-защитной зоны - та юридическая точка отсчета, от которой эти господа должны были находить средства для этого, - сказал он. - Пока полоса строилась, они [деревни] могли там находиться, но к моменту запуска первого самолета, вопросы уже должны были быть в истории. Строительство полосы должно было быть сопряжено с выселением".

Санитарно-защитную зону, в которую входят деревни, установили в апреле 2019 года. Об этом Би-би-си рассказали местные жители, а газета "Коммерсант" узнала, что зона была установлена решением главного государственного санитарного врача России Анны Поповой.